Конспект книги: Ксения Абульханова — Стратегия жизни

завантаженняТо, что действительность, условия жизни, жизненные ситуации, в которых оказывается человек, предъявляют к нему свои требования, ставят свои ограничения, не означает, что он в свою очередь не может предъявить своих требований к жизни.

Личная жизнь, по Рубинштейну,— «это самое богатое, самое конкретное, включающее в себя как единичное многообразие, так и иерархию все более абстрактных отношений… личная жизнь выступает как жизнь, включающая общественное, но не только его, а и познавательное отношение к бытию, и эстетическое отношение к бытию, и отношение к другому человеку как человеческому существу, как утверждение его существования». Она вместе с тем перестает быть лишь обыденным, эмпирическим процессом, как часто считают. Субъект своим ответственным отношением к жизни придает ей направление и движение; преодолевая обстоятельства, ситуации, борясь, он отстаивает ее высший смысл, не давая растворить себя в потоке ситуаций, мелких чувств, ежесекундных желаний. Способность возвыситься, самоопределиться по отношению к ее целостному ходу и есть проявление субъекта жизни.

Сможет или не сможет личность стать субъектом собственной жизни — такова одна из центральных проблем личной жизни.

Ответственность, с точки зрения Рубинштейна, является воплощением истинного, самого глубокого и принципиального отношения к жизни.

Особенно остро проблема реализации возможностей человека встает в связи с необратимостью жизни. Необратимость жизни требует особого отношения человека к времени жизни, особенно настоящему, требует от него своевременности.

Своевременность — это способность человека определить момент наибольшего соответствия логики событий и своих внутренних возможностей, и желаний для решительного действия. Это способность определить момент готовности начать то или иное дело (и уже не только в смысле настроения, желания и т.д., но и в смысле трезвой оценки своих «шансов», умений, учета возможных трудностей и т.д.). Своевременность — это качественная и индивидуальная характеристика отношения человека к жизни во времени.

Каждый «решает» вопрос о соотношении инициативы и ответственности, притязаний и достижений, желаний и обязанностей посвоему.

Часто мы приступаем к решению таких «жизненно необходимых» задач, которые на деле оказываются не только не необходимыми, но даже вовсе и не жизненными, причем нередко это обнаруживается слишком поздно. Жизненно ли значимо наше желание или поступок, умеем ли мы отделять случайное для других и для самих себя от жизненно важного — ответ на эти вопросы имеет принципиальное значение.

Ответственность (или безответственность) незримо присутствует везде и проявляется во всем, причем если ее присутствие часто незаметно, то отсутствие сразу дает о себе знать. Рубинштейн понимал ответственность не как верность формальному долгу, догме, не как следование раз и навсегда принятым правилам, а как способность по ходу жизни видеть, выделять, ставить проблемы, вовремя их осознавать и принимать ответственные решения.

Ответственность — это и верность самому себе, доверие к нравственному содержанию собственных чувств, уверенность в своей правоте. Ответственность — это способность отвечать не только за себя, но и за других людей, за их судьбы, за характер своих с ними взаимоотношений.

Субъектом своей жизни личность становится не только в силу способности решать свои проблемы, отвечать за свои поступки. Личная жизнь включает отношение к другому человеку и разные характеристики отношений к другим. Другой как условие моего существования и «я» как условие бытия другого — такова реальность человеческой жизни.

«Смысл этики состоит в том, чтобы не закрывать глаза на все трудности, тяготы, беды и передряги жизни, а открыть глаза человеку на богатство его душевного содержания, на все, что он может мобилизовать, чтобы устоять, чтобы внутренне справиться с теми трудностями, которые еще не удалось устранить в процессе борьбы за достойную жизнь»

Для Рубинштейна жизненный путь — это не только движение человека вперед, но и движение вверх, к высшим, более совершенным формам, к лучшим проявлениям человеческой сущности. И если движение вперед по жизни многими понималось лишь как движение от расцвета к закату, от рождения к смерти, то рубинштейновское понимание жизненного пути как движения вверх, к человеческому — этическому, социальному, психологическому — совершенству позволяло поиному понять завершение жизни: достижение не старости, упадка и смерти, а достижение личностного совершенства.

У группы молодых людей сформировалось определенное представление о будущей профессии, они сделали свой выбор, возникла установка на поступление в институт. У другой группы такая установка отсутствовала, поскольку они слабо представляли себе профессию, свои способности, возможности. Но насколько сильна эта установка, насколько она не только существует в сознании, но и определяет характер жизненных действий, насколько противостоит внешним неблагоприятным событиям, оказалось возможным выявить только тогда, когда молодые люди стали сдавать экзамены в институт. Действительно упорными, настойчивыми организаторами своей жизни можно назвать тех молодых людей, кто несколько лет подряд поступал в этот институт, несмотря на предыдущие неудачи, и,  конце концов реализовал свою установку.

Все перечисленные способности к организации жизни, к решению ее противоречий, к построению ценностных отношений мы называем жизненной позицией, которая является особым жизненным и личностным образованием. Способ самоопределения личности в жизни, обобщенный на основе ее жизненных ценностей и отвечающий основным потребностям личности, можно назвать жизненной позицией. Она представляет собой результат взаимодействия личности с ее собственной жизнью, ее личностное достижение. Будучи таким результатом, жизненная позиция начинает определять и все последующие жизненные направленности личности. Она становится потенциалом ее развития, совокупностью ее объективных и субъективных возможностей, открывающихся именно на основе занятой человеком позиции, своеобразной опорой, крепостью. Жизненная позиция личности — это совокупность ее отношений к жизни.

И при отсутствии благоприятных социальных условий личность может благодаря своей активности добиться перспективной жизненной позиции (вырваться из провинции, из профессиональных традиций семьи, поступить в лучшее учебное заведение страны, в совершенстве овладеть профессией, сочетать учебу и работу и т.д.).

Личность должна изначально формировать в себе установку на трудности, готовность к их преодолению, а не только установку на успех и поддержку. Жизненная стратегия личности предполагает в своей основе принцип опоры на собственные силы, выявление того, хватит ли у нее сил для резких изменений в своей жизни, которые могут обернуться неудачей.

И если движение вперед по жизни многими понималось лишь как движение от расцвета к закату, от рождения к смерти, то рубинштейновское понимание жизненного пути как движения вверх, к человеческому — этическому, социальному, психологическому — совершенству позволяло поиному понять завершение жизни: достижение не старости, упадка и смерти, а достижение личностного совершенства.

Сначала у ребенка происходит овладение своими действиями для придания им нужного направления, затем посредством действий — овладение ситуациями, далее на этой основе — построение отношений, и через их регуляцию все более возрастает возможность организации жизни как целостного процесса, учитывая ее изменчивость и сопротивляемость.

Способность личности регулировать, организовывать свой жизненный путь как целое, подчиненное ее целям, ценностям, есть высший уровень и подлинное оптимальное качество субъекта жизни. Оно одновременно позволяет человеку стать относительно независимым, свободным по отношению к внешним требованиям, давлению, внешним «соблазнам». Но это лишь идеал, а реально у разных людей обнаруживается разная мера целостности жизненного пути, разная степень соответствия действий личности ее ценностям, намерениям.

Типы   активности   человека — это   характерные для   него  способы   соединения  личностью   внешних и   внутренних   тенденций   жизни,   превращения   их в движущие силы своей жизни. Можно проследить, как у одних эти тенденции совпадают (целиком или частично), поддерживают друг друга, у других оказываются разобщенными. Одни преимущественно опираются на социальнопсихологические   тенденции, т.е. окружающих людей, используя социальные ситуации; другие — на  внутренние  возможности, рассчитывают на свои силы в жизни, действуют самостоятельно; третьи оптимальным образом соединяют внешние обстоятельства и внутренние тенденции; четвертые постоянно решают противоречия между ними. При всех условиях эта типология раскрывает не просто свойства каждого характера, психические особенности личности. Она в первую очередь позволяет сопоставить особенности, способ жизненного движения личности, выявить способность к решению жизненных противоречий. Совпадение внешних и внутренних тенденций в жизни личности или их столкновение, противодействие характеризуют способ организации жизни и тип личности.

Жизненные цели и задачи личности одного типа оказываются целиком сосредоточены на том, чтобы разрешить жизненные противоречия, которые она, строго говоря, сама создает непоследовательностью своих действий или, напротив, чрезмерной активностью, подавляя инициативы окружающих. Она не может их решить, поскольку не в силах изменить свой способ жизни и понять, что сама является их причиной. Другой тип личности оказывается вовлеченным в конфликты, которые, хотя и развертываются в конкретной группе (в семье, в производственном коллективе), являются выражением более глубоких общественных противоречий. В таком случае личность либо обретает опыт и социальную зрелость, которые затем способствуют организации личной жизни, отстаиванию ее ценностей, либо «перемалывается» неразрешимым конфликтом и затем старается отделить свою личную жизнь от общественной.

Высшие личностные качества, такие, как сознание, активность, психологическая зрелость, интегративность, проявляются и формируются в жизненном пути личности, в специфическом процессе ее изменения, движения, развития. Активность личности проявляется в том, как она преобразует обстоятельства, направляет ход жизни, формирует жизненную позицию. Динамика жизни человека перестает быть случайным чередованием событий, она начинает зависеть от его активности, от способности организовать и придать событиям желаемое направление.

Жизненный путь подлежит периодизации не только возрастной (детство, юность, зрелость, старость), но и личностной, которая, начиная с юности, уже перестает совпадать с возрастной. Один человек проходит один социальный этап в более раннем, другой — в более позднем возрасте;

Ее качество как субъекта жизни проявляется не в произвольных поступках, действиях (делаю, что хочу), а в действиях, учитывающих сопротивление обстоятельств, их несовпадение с желательным для личности направлением, их противодействие. Поэтому внутренние намерения, цели испытываются на прочность в жизни, а личность должна отдавать себе отчет в их прочности.

Эти соображения грузинская школа психологов конкретизировала на таком примере. У группы молодых людей сформировалось определенное представление о будущей профессии, они сделали свой выбор, возникла установка на поступление в институт. У другой группы такая установка отсутствовала, поскольку они слабо представляли себе профессию, свои способности, возможности. Но насколько сильна эта установка, насколько она не только существует в сознании, но и определяет характер жизненных действий, насколько противостоит внешним неблагоприятным событиям, оказалось возможным выявить только тогда, когда молодые люди стали сдавать экзамены в институт. Действительно упорными, настойчивыми организаторами своей жизни можно назвать тех молодых людей, кто несколько лет подряд поступал в этот институт, несмотря на предыдущие неудачи, и,  конце концов реализовал свою установку.

Психологи выявили много личностных характеристик, которые как будто подтверждают наличие у человека активности: это побуждения к действию, притязания, способности, намерения, направленность, интересы.

Реальным критерием активности личности (мотивов, желаний, намерений) является ее способность (или неспособность) реализовать эти устремления в действиях, в поступках, жизненном пути.

Степень совпадения или расхождения жизненной практики и ценностей своего «я», способностей, устремлений человека может служить показателем цельности или разобщенности, противоречивости личностных структур, перспективности или регрессивности их развития.

И при отсутствии благоприятных социальных условий личность может благодаря своей активности добиться перспективной жизненной позиции (вырваться из провинции, из профессиональных традиций семьи, поступить в лучшее учебное заведение страны, в совершенстве овладеть профессией, сочетать учебу и работу и т.д.).

Жизненная позиция — это не только жизненные отношения, но и способ их реализации, отвечающий (или не отвечающий) потребностям, ценностям личности. Человек может иметь активные жизненные устремления, высокие нравственные ценности, но способ организации жизни (иногда неумение, иногда страх, иногда пассивность в реализации) может противоречить этим исходным «добрым намерениям», его жизненная позиция оказывается не соответствующей этим стремлениям, потребностям. Тогда он или начинает оправдывать себя в своих же глазах, или пытается изменить такую позицию.

Жизненная линия — — это определенная последовательность (или непоследовательность) личности в проведении, реализации своей жизненной позиции, верность себе, своим принципам и отношениям в изменяющихся обстоятельствах. А так же иерархическое образование, т. е. каждый более высокий, достигнутый личностью уровень жизни открывает более далекую перспективу, более широкие возможности (веер возможностей), жизнь приобретает большую структурированность.

«Моя жизнь всегда шла по восходящей, несмотря на жизненные потери, ее сопровождавшие» — писал в своих дневниках С. Л. Рубинштейн

Основной характеристикой прогрессивной жизненной линии является непрерывное обратное влияние результатов предшествующего этапа (решений, поступков и т.д.) на последующий. Это обратное воздействие достижений жизни на личность, умножение достижений жизни на ее собственные возрастающие возможности мы называем вторичными условиями ее развития.

Занятая личностью позиция «сидеть сложа руки» приводит к непоправимым изменениям в ее жизни: она испытывает разочарование, в ней накапливаются злоба к людям, мстительность, которые и проявляются в ее последующих жизненных отношениях (таковы вторичные последствия жизненной позиции личности, которые ведут к ее деградации).

Сохранение активности при изменении жизненной позиции позволяет отделить подлинно личностную активность от тех социальнопсихологических опор (славы, статуса, положения, денег и т.д.), которые поддерживали личность прежде. Другой моделью, в известном смысле противоположной первой, является модель возникновения внутренних противоречий и кризиса как результата отсутствия какихлибо желательных для личности жизненных перемен, жизненных достижений.

Негибкость жизненной позиции проявляется в стремлении сохранять свои взгляды на жизнь, «принципы», привычки, круг общения и т. д. неизменными. Это часто присуще старческому возрасту и выражается в нежелании перемен (путешествий, встреч и т.д.). Однако такое состояние довольно часто проявляется и у молодых, и в зрелом возрасте как нежелание чтолибо изменять в жизни, чтото «сдвигать со своих привычных мест», проявлять активность, идти навстречу трудностям.

Личность должна изначально формировать в себе установку на трудности, готовность к их преодолению, а не только установку на успех и поддержку. Жизненная стратегия личности предполагает в своей основе принцип опоры на собственные силы, выявление того, хватит ли у нее сил для резких изменений в своей жизни, которые могут обернуться неудачей. В психологии сложилось понятие толерантности как устойчивости личности к трудностям. Устойчивость к трудностям, противоречиям может превратиться в своеобразную личностную потребность.

Такая потребность в трудностях, риске обнаруживается у части подростков при выборе ими профессии: они хотят быть там, где есть трудности, риск. Эта потребность часто подавляется взрослыми, которые «пристраивают» своих детей туда, где безопасно, комфортно, где от них не потребуется больших усилий, выдержки. Можно обратить внимание на такую, казалось бы, несущественную деталь, как подростковые игры. Еще несколько десятилетий назад для таких игр были характерны испытание на смелость, выработка воли, чувства локтя, способности преодолевать препятствия. К сожалению, с нарастанием стремления старшего поколения к опеке подростков игры с подобным содержанием исчезли.

Отступление от принципов в угоду ситуативным мотивам общения, выгоде временного союза ведет к распаду ценностномотивационной сферы личности.

Способность личности разрешать противоречия и является мерилом ее человеческой зрелости, мужества, стойкости и принципиальности.

Стратегия жизни состоит в способах изменения, преобразования условий, ситуаций жизни в соответствии с ценностями личности, в отстаивании главного ценой уступок в частном, в преодолении своей боязни потерь и в нахождении самого себя.

Искусство жизни состоит не только в том, чтобы учитывать свою индивидуальность, но и в том, чтобы соотносить свой жизненные цели, планы и желания со своими особенностями, чтобы раскрыть в ходе жизни в себе новые качества, развить новые способности. А это, прежде всего, исключает подражание, сравнение. Конечно, особенно в юности существует стремление к идеалам, в качестве которых могут выступать замечательные люди. Но желание подражать, которое играет позитивную роль ориентира на идеалы, не должно приводить к жизни несамостоятельной. Оно должно способствовать более четкому выбору того, что нужно именно данному человеку, а не другому, т.е. адекватному жизненному самовыражению.

Казалось бы, эмоции, чувства есть то, что присуще человеку от природы, и тем не менее оказывается, что способность к эстетическому чувству, сопереживанию, восприятию — это редкостное достояние жизни, достижение самой личности.

Бездуховность имеет свое реальное социальное происхождение. Ее источники нужно искать там, где нет точек соприкосновения между обыденным и возвышенным в жизни. Жизнь человека может обедняться им самим (когда он «отказывается» от содержания, увлекается формой и т.д.). Иногда условия его жизни (материальная необеспеченность, недостаток образования родителей) не дают ему возможностей подняться до тех «культурных высот», до которых поднимается другой. Однако в истории отечественной культуры, науки существует немало примеров, когда, несмотря на все «тяготы и лишения обыденщины», человек все же поднимался до вершин совершенства. Поэтому можно сказать, что главной точкой соприкосновения между обыденной и духовной жизнью является сама личность и выбранный ею способ жизнеутверждения. Бездуховность соседствует с обыденностью и является оборотной стороной мещанства, но каждый попадает к ним в плен своим путем.

С изменением жизни, т.е. ее новизной, которая заключена в изменении обстоятельств, условий жизни, ее отношений, меняется и сам человек. Он становится более зрелым, более глубоко понимает жизнь, более определенно видит свое место в ней, свои жизненные цели. Но изменение человека, его личности не всегда происходит как развитие. Часто изменение человека — это своеобразная «уступка» обстоятельствам. Приспособление к ним свидетельствует о неспособности овладеть своей жизнью, о пассивной стратегии. В таком случае преобладает линия внешних событий, а сама жизнь превращается в череду однообразно сменяющихся дней. Исчезают жизненные цели, притязания, которые могли бы придать целостность действиям, исчезает план внутреннего волеизъявления человека. Цель жизни сводится к тому, чтобы удержать достигнутую жизненную позицию. Задача совершенствования своей жизни, стремление расширить ее сферы, пропадает, и личность изменяется лишь в житейскибытовом плане, приобретает практическую сноровку, которая не связана с ее подлинным развитием. Смысл жизни как стремление с наибольшей полнотой реализовать себя в жизни постепенно утрачивается, остаются «текущие» смыслы и задачи. Таким образом, утрачивается и стратегия жизни, остается лишь ежедневная тактика реализации текущих дел.

Нередко остановка в развитии ведет к деградации личности: цели из личностных перемещаются в бытовые, быт из условия жизни превращается в цель, смысл жизни сводится лишь к его обеспечению. Деградация личности выступает в разных, но чаще всего в незаметных для нее самой формах: в падении мотивации, в росте негативных эмоций, в равнодушии. При этом исчезают интеллектуальные интересы, их вытесняют обыденные суждения, банальности, сплетни. Деградация личности приводит к возрастным изменениям — наступает быстрое старение, которому мало поддаются люди, сохранившие смысл жизни и способность ставить новые жизненные цели и в преклонном возрасте.

Критерием развития личности служит наличие или отсутствие смысла жизни. Смысл жизни часто представляют исключительно философской проблемой, в реальной жизни не все люди могут его сформулировать, четко выразить. В философской и социологической литературе разрабатывается понятие смысла жизни, или жизненной концепции, которое в известной мере характеризует теоретический способ организации личностью жизни. Но только в реальной жизни личностно объединяются жизненная позиция, жизненная линия и концепция (смысл) жизни.

Смысл жизни отражает жизненную концепцию человека, осознанный и обобщенный принцип его жизни, его жизненную цель. В психологии смыслом (не только жизни, но и любого действия) принято называть внутренне мотивированное, индивидуальное значение для субъекта того или иного действия, поступка, события. Когда человек совершает то или иное действие, он понимает, осознает, зачем он это делает, и в этом для него заключается смысл. В более широком аспекте смысл — это ценность и одновременно переживание этой ценности человеком в процессе ее выработки, присвоения или осуществления.

В отличие от мотивов, которые в психологии рассматриваются как выражение потребностей, смысл — это не только стремление к чемуто, не только будущая цель, определяемая мотивом, но и то переживание, которое имеет место в процессе реализации данного мотива (или их совокупности). Так, мотив поступить определенным образом может реализоваться в действии, но, уже совершая его, мы вдруг начинаем понимать и чувствовать его бессмысленность, обнаруживающуюся именно в момент действия. Смысл жизни — это психологический способ переживания жизни в процессе ее осуществления.

Смысл жизни — это не только будущее, не только жизненная цель, но и психологическая «кривая» постоянного ее осуществления. Поэтому, достигая конкретных целей в жизни, мы не утрачиваем ее смысла, а, напротив, усиливаем его, убеждаемся в нем, переживаем его. Способность субъекта переживать ценность жизни, удовлетворяться ею и составляет ее смысл. На наш взгляд, смысл жизни — это и способность субъекта переживать ценность жизненных проявлений своей индивидуальности, своего «я», своей личности.

Психологический закон: слишком высокая психологическая цена, затраченная на жизненные достижения, понижает мотивацию, притязания и подрывает смысл жизни. Когда цена является слишком малой, когда успех приходит без всяких усилий со стороны личности, то личность также перестает испытывать удовлетворение, а это в свою очередь разрушает смысл ее жизни.

Смысл жизни определяет притязания личности и выбор тех жизненных задач, которые она берется решать. Поэтому уже на основе жизненных притязаний на определенное место в жизни, в обществе возникает мотивация достижения. Личность начинает решать задачи, направленные на достижение этих жизненных целей. На протяжении жизни смысл жизни меняется. У молодых смысл жизни ориентирован на будущее, у стариков — на прошлое или настоящее. У некоторых в течение жизни наблюдается значительное снижение жизненных ценностей и смысла жизни.

Смысл жизни, более возвышенный или более заземленный, определяет ее семантику: стремится ли человек в жизни преимущественно получать или отдавать (свои силы, способности, труд). Он влияет на уровень активности человека — более возвышенный смысл расширяет число задач, которые человек ставит перед собой независимо от того, чего от него требуют жизненные обстоятельства. Заниженные притязания ведут к снижению активности человека, его инициативы. Потребность побольше получить от жизни, конечно, тоже иногда рождает активность и настойчивость, но делает человека зависимым от внешних обстоятельств, с которыми связаны по преимуществу такие «достижения».

Важнейшим «подкреплением» смысла жизни являются либо полученные «блага», либо общее чувство удовлетворенности человека тем, как он строит свою жизнь. Это не чувство удовольствия, но именно удовлетворение, связанное с ответственностью за свою жизнь, с долгом перед самим собой. Смысл жизни как ответственность за ее осуществление, за ее способ связан с потребностью и способностью самостоятельно, на свой страх и риск, строить и осуществлять ее. Ответственность возникает при осознании, что ход твоей жизни зависит от тебя, что ты один на один со своей жизнью, чем задается и ее психологический смысл.

Принципиальное отличие активности и деятельности состоит в том, что деятельность исходит из потребности в предмете, а активность — из потребности в деятельности. Поэтому потребность в деятельности (в труде) и связанном с ней общении возникает в контексте значений и ценностей всей жизни. Для деятельности зависимость от предмета потребности будет непосредственной (опосредованной соответственно на уровне личности ее мотивами, волей и т.д.), а для активности эта зависимость опосредована деятельностью. Можно сказать, что активность не только качественно присуща самой деятельности, придает ей определенную «окрашенность», но и структурно более сложно организована. Активность определяет деятельность (с ее структурами, функциями), мотивы, цели, направленность, желание (или нежелание) осуществлять

деятельность, т.е. является движущей силой, источником пробуждения в человеке его «дремлющих потенциалов».

Активность как бы предшествует деятельности во времени: до начала деятельности мы еще можем чтото изменить, передумать, улучшить, после мы уже «вынуждены» закончить начатое независимо от того, насколько личностно это привлекательно. В момент осуществления деятельности происходит «мертвая» привязка к предмету потребности (будь то джинсы или кандидатская степень). До начала деятельности (при выработке какогото жизненного плана, замысла) мы активно выбираем, что именно является желаемым, свободно планируем, много раз прикидываем, какими способами и средствами этого добиться. Но активность не только «предшествует» деятельности, но и «сопровождает» ее в течение всего процесса осуществления. Нельзя представить оптимальную деятельность, лишенную активности, происходящую по инерции, по жесткому плану, активность «строит» варианты по ходу деятельности.

Рассчитывая свои силы, время, возможности для достижения той или иной цели, с помощью активности мы мобилизуем свои способности (для единого рывка или в течение более длительного времени), преодолеваем инерцию, простои. Деятельность, «личностно окрашенная» совершается более конструктивно. Человек в такой ситуации делает все «в охотку».

Если в процессе деятельности достигается предмет удовлетворения потребности, наступает чувство «насыщения», то удовлетворенной, «насыщенной» предметом активности быть не может, это уже не активность. Но что движет активностью, если не предмет? Будучи направлена на деятельность, которая имеет дело с предметом, активность определяется субъектом. Человек, являясь субъектом своей жизни, способен также и к контролю над своей активностью. Однако активность, сводящаяся (со стороны субъекта) только к контролю, не может привести к выбору конструктивных способов деятельности. Посредством своей активности человек добивается, «выговаривает» такие условия для деятельности, достигает такого уровня и качества ее осуществления, такой степени ее конструктивности, чтобы она отвечала его устремлениям, намерениям, критериям. Именно эти усилия по преодолению трудностей, достижению высокого уровня качества деятельности, по ее совершенствованию приносят человеку удовлетворение (а не только результат деятельности).

Получая удовлетворение от характера деятельности, а не только от ее результата, личность благодаря активности не впадает в полную зависимость от социальных требований и установок.

Активность возникает как жизненное образование личности, осознающей (теоретически или на опыте), что   все   необходимое   от   общества   она   получает благодаря своей  деятельности (труду),  что ею она обменивается с другими людьми. Однако смысловое (содержание этой активности всегда индивидуально: «служить другим  своим  трудом»,   «всего  добиться своим трудом», «трудиться на себя»

В одних случаях активность реализуется действеннопрактически, в других — структурноумозрительно (человек без конца переделывает свои планы, вместо того чтобы начать действовать). В одних случаях личность больше рассчитывает на других, в других — на себя, на свои жизненные «опоры». Такими «опорами» могут выступать как внешние (коллектив, группа, культура, традиции), так и внутренние (ценности, потребности, установки, мотивы личности). Способы моделирования личностью жизни с помощью активности могут быть самыми различными: осознанными или неосознанными, последовательными или стихийными, рациональными или случайными.

Осуществляемая на протяжении всей жизни активность  имеет длительный характер. И «пики» и «спады» активности отнюдь не всегда соответствуют реальному, «биологическому» возрасту человека, его возможностям. Часто в старости человек еще активно трудится, а молодой выглядит стариком изза неспособности (нежелания) найти свое место в жизни. Мотивация достижения у некоторых инвалидов от рождения (слепоглухонемых) оказывается подчас намного выше, чем у здоровых людей.

Сложность жизненных выборов (мотивов, целей, способов активности) заключается именно в их одновременности, в необходимости приведения в действие всего «механизма» сразу, а не по частям. Поэтому, формируя активность, нельзя руководствоваться теми мотивами, которые продиктованы сиюминутными желаниями («хотениями») или только рассудком, так как в процессе реализации активности уже бывает поздно чтолибо менять (лишь бы доделать до конца). Отсюда понятно, почему неадекватно и несвоевременно мотивированная активность не приносит удовлетворения.

Личность в состоянии психологической готовности способна действовать не только адекватно задачам, но и своевременно. Осуществляя подобную «тактику» в планировании активности, личность не останавливается только на готовности всего своего «психологического арсенала» (состояний, направленности, мотивов, ориентации), а вырабатывает целостную программу, в которой готовность выступает только как один из компонентов.

Наиболее опасной для личности формой регуляции активности является ее умышленное снижение, обусловленное социальнопсихологическими установками типа «экономь силы», «не вылезай».

В условиях дефицита общения нарушается нормальное развитие активности, отягощающееся деструкциями психологических состояний человека.

Различные искажения в активности личности наблюдаются в случае подавления одним человеком других. Как правило, такое явление характерно для семей, где один из родителей проявляет деспотизм по отношению к остальным членам семьи (как правило, к детям). Обычно в роли «доминантной» стороны выступает мать, окружающая ребенка неусыпным контролем, сводящим к минимуму его собственные действия (активность). Такая «любовь» не случайно ставится в один ряд с деспотизмом, поскольку подавляет активность ребенка.

Адекватная, правильная оценка себя (самооценка) не менее важна для определения личностью своего места в жизни, выбора жизненной позиции, чем активная реализация этой позиции. Отношение к себе помимо самооценки должно включать постоянную потребность в самопознании. Познание самого себя начинается с познания своих способностей, характера, возможностей. Вместе с тем «я», оформляясь в устойчивый образ себя, в представление о своих возможностях, должно включать способность к внутреннему сомнению, способность к внутреннему диалогу с самим собой. Уверенный в себе человек, не сомневаясь в общем направлении своих принципиальных действий, может сомневаться в правильности отдельных поступков. Это выглядит не как проявление неуверенности в себе, а лишь как желание еще раз убедиться в целесообразности выбранного способа действий.

При отсутствии образа своего «я» человеку навязывается любой другой образ, любая социальная функция, которые он присваивает за неимением своих. Напротив, внутренняя зрелость позволяет человеку не только адекватно видеть себя со стороны, не только создавать свой верный социальный образ, но и реально осуществлять многообразные социальные роли, оставаясь самим собой.

Самовыражение (как и активность) имеет разные степени зрелости, разные этапы сформированности. Так, на более ранних этапах (когда образ внутреннего «я» еще очень далек от своего построения) самовыражение, как правило, проявляется в формах «демонстраций» (своего «я», «выступлений», «выпадов). Зрелой формой самовыражения становится тот этап, на котором проявление себя превращается в действительную потребность адекватного и сущностного выражения своего «я». Человек начинает вырабатывать свою манеру поведения, ищет свой стиль речи и, главное, стремится выразить себя в жизни, в поступках, в делах. Потребность в самовыражении является потребностью в выражении своего действительного, а не мнимого «я». Пока образ внутреннею «я» не сформирован, самовыражение находится на стадии чисто внешнего, показного «выражения» самого себя (когда показывать и демонстрировать еще нечего). Однако если для молодежи это является нормальным, то в дальнейшем такое «самовыражение» становится признаком «великовозрастного инфантилизма».

Неадекватность внешних ролей внутренним чаще всего является следствием несформированности «яобраза», неспособности оценить себя, выбрать тот способ самовыражения, который приносил бы удовлетворение человеку.

Естественно, источником активности становится только гармоничное соотношение выбранной социальной роли (статуса) своей внутренней позиции, своему «я», которое осуществляется на основе адекватной самооценки (самопознания способностей, возможностей). Принципиальным для такой социальнопсихологической гармонии является соотнесение человеком своих возможностей, целей, задач с характером жизни, с данным жизненным этапом. Тот способ, которым человек реализует себя как личность в деятельности, в общении, в решении жизненных задач, и есть самовыражение. Трудности самовыражения начинаются с таких простых явлений, как застенчивость, неловкость в общении или, напротив, нарочитая грубость, являющаяся лишь внешней формой, которая прикрывает неуверенность. Но эти проблемы и трудности касаются только самовыражения в общении, тогда как они существуют и в деятельности, и по отношению к жизни в целом. Человек не знает, как ему поступить, за что взяться, чем себя занять, как бы все время скользя по поверхности жизни. Его действия лишены логики и для окружающих, и для него самого. Когда он сталкивается с отпором, осуждением своих действий, которые не продуманы, не выношены, не выражают его подлинного «я», он внутренне теряется, перестает воспринимать и понимать окружающее, отгораживается от мира.

Творчески реализующий себя человек сплошь и рядом наталкивается на неприятие, непонимание или даже осуждение. Самым главным в таком случае является выработка представления о своем собственном способе действия и жизни и убежденность в необходимости его реализации при всех обстоятельствах. Между тем одни люди при этом склонны считать, что их не поняли, другие — что они сами не правы. В этих выводах огромную роль играют жизненные чувства личности, ее своеобразные интерпретаторы жизненных проявлений. Эти интерпретации не только трагичны или оптимистичны: они выражают внутреннее несогласие человека или протест, здоровую амбицию доказать свою правоту, упорство. В других случаях люди эмоционально соглашаются с оценками своих действий, своего способа жизни, но тем самым уступают внутренне, отказываясь от своей индивидуальности, от своего права на особенность жизни. Поэтому разрыв в этой цепи приводит к задержке развития, застойным явлениям, «закомплексованности».

Предупредительное взвешивание превращается в бесплодные раздумья…» Демонстративный тип личности проявляется в том, что люди «рисуют себя не такими, какими являются на самом деле, а такими, какими хотелось бы казаться» 9. Они используют всякую возможность представить себя с наилучшей стороны. «Поскольку у таких людей явно выражена склонность избегать трудностей, они часто меняют не только место работы, но и профессию… тем больше насчитывается на работе срывов, внезапных отказов от работы, которая якобы слишком тяжела

«Постоянная неуверенность, постоянный последующий контроль могут достигнуть такой степени, при которой всякая работа продвигается вперед черепашьим шагом. Предупредительное взвешивание превращается в бесплодные раздумья…» Демонстративный тип личности проявляется в том, что люди «рисуют себя не такими, какими являются на самом деле, а такими, какими хотелось бы казаться» 9. Они используют всякую возможность представить себя с наилучшей стороны. «Поскольку у таких людей явно выражена склонность избегать трудностей, они часто меняют не только место работы, но и профессию… тем больше насчитывается на работе срывов, внезапных отказов от работы, которая якобы слишком тяжела…» 10

Если человек не может активизировать свои внутренние возможности соотносительно со своим индивидуальными способностями, не находит адекватного внешним задачам способа активности, то развивается больное самолюбие. Последнее проявляется в двух крайностях: в занижении роли «я», неуверенности в себе, или, наоборот, в завышении роли «я», притязании на высокую оценку и признании своей исключительности. Однако в обоих случаях больное самолюбие требует постоянного подтверждения своей социальной значимости. Но, как бы часто ни давалась общественная оценка, это все равно не способствует реалистичности самооценки. И другой парадокс: даже если самооценка завышена, человек с больным самолюбием всегда зависим от оценки окружающих.

Таким образом, самолюбие как индикатор, критерий взаимодействий с миром играет важную роль в развитии ценностнонравственной сферы личности, без которой невозможно чувство удовлетворенности, полноты жизни. Поэтому при определении различных типов самовыражения должно приниматься в расчет самолюбие как постоянный его спутник, как один из действенных источников повышения (понижения) мотивации, приобретения (утраты) смысла жизни. Подводя итоги, заметим, что главным условием самовыражения является установление адекватности, определяемой в большинстве случаев самой личностью, между внутренним миром (его запросами, ориентациями, ценностями) и внешним способом выражения внутреннего мира. Это может проявляться как в выборе социальной роли, так и в любой общественно полезной деятельности, в других занятиях.

Интересны исследования чехословацкого психолога О. Микшика, выявляющего способы поведения человека в критических ситуациях (поскольку именно в них испытывается на «прочность» способ выражения себя в жизни) 11. Это различные ситуации риска, возникающие у летчиков, альпинистов, в которых один тип личности не выдерживает нагрузки, «распадается» уже на физиологическом уровне (погружается в сон во время полета, теряет координацию, перестает видеть, слышать, реагировать), другой тип «ломается» на психическом уровне (теряет силу воли, способность думать, принимать решения и т.д.), третий — на социальнопсихологическом уровне (сохраняет физиологическую и психическую мобилизованность, но жертвует жизнью своего товарища ради собственного спасения, выпрыгивая из горящего самолета, оставляет товарища, обрезая веревку в связке двух альпинистов). Поведение человека в таких критических ситуациях становится показателем подлинной (или мнимой) нравственности человека, его реальным испытанием, жизненной проверкой (того, что он есть в действительности, а не напоказ).

Поэтому даже такой тип, который с трудом осуществляет переход от мечтаний к реальности в обычной жизни, подчас способен проявить мужество, быстроту, сообразительность в критических случаях, тогда как «предприимчивый тип» может проявить полную беспомощность перед лицом ответственности.

Инициатива и ответственность как формы активности и стратегии личности

Инициатива и ответственность — это прежде всего формы активности, качества, которые развиваются у индивида в большей или меньшей степени в зависимости от того, насколько обществом ему предоставлена свобода и насколько он принимает общественную необходимость. Это формы активности личности, развивающиеся в общественной жизни и на реальном жизненном пути. Инициатива представляет собой опережающую внешние требования или встречную по отношению к ним свободную активность субъекта, которая затем реализуется в интеллектуальной или практической сферах. Она выражается в определенных начинаниях, предложениях, с которыми выступает человек. (Это и нашло отражение в ее традиционных определениях как творческого начала личности.) Инициатива есть выражение побуждений и желаний, мотивов субъекта. Ответственность — это добровольное, т.е. внутренне принятое, осуществление необходимости, правил, требований.

В исследовании инициатив старшеклассников, обнаружился такой противоречивый факт. В этом возрасте, который теоретически является возрастом интенсивного формирования и яркого проявления инициатив, инициативы отсутствовали. Исследование показало, что наличие или отсутствие инициатив зависит не от возраста. Инициатива имеет индивидуальные формы и особенности проявления, которые и раскрывают причины ее наличияотсутствия, развитостинеразвитости, выраженностиневыраженности. У первой группы юношей инициатива была устойчивым качеством (их было в данной выборке меньшинство), у второй — проявлялась лишь в отдельных ситуациях, у третьей (их было большинство), можно сказать, инициатива вообще отсутствовала.

Выявились три причины отсутствия инициативы. У одного типа личности инициативы, как оказалось, не были сформированы на ранних этапах развития личности и ее жизненного пути. Мы не уточняли, коренились ли эти причины в дефиците общения с матерью, в зависимом положении ребенка в семье. Вторая причина: Сама личность подавляла инициативу на стадии ее возникновения, заранее зная, что она не будет принята и одобрена окружающими. Педагогам известен такой принцип «не высовывайся». Таким способом группа блокирует инициативы отдельных активных своих членов.

Третья группа причин связана с тем, что сама личность блокирует свои инициативы. Если в одном случае личность подавляет инициативу потому, что не сможет организационнопрактически ее реализовать, в другом — подавляет ее, заранее зная, что социальнопсихологическое окружение ее не поддержит, то в третьем — инициатива подавляется в результате внутренних личностных противоречий. Как мы увидим, одним из них оказалось противоречие инициативы и ответственности; желание проявить инициативу подавлялось сознанием ответственности за ее выполнение.

Ответственность — присвоенная субъектом и потому активно им реализуемая необходимость. В общепринятых определениях ответственности (Пиаже, Кольберг, Хелкама, Хайдер и др.) ставится акцент на когнитивных аспектах ответственности (предвидение последствий своих действий, а потому их своевременная регуляция, коррекция) или на моральных (автономная регуляция субъектом своего поведения на основе собственного нравственного выбора). Мы определяем ответственность более широко — как самостоятельное, добровольное осуществление необходимости в границах и формах, определяемых самим субъектом. Она выступает как идеальное мысленное моделирование субъектом ответственной ситуации, ее пределов и уровня сложности, а затем — практическое осуществление.

Субъект ответственности сам вводит критерии, по которым ограничивает поле своей активности, сам ведет контроль. Личность проявляет готовность к самостоятельному достижению результата, который она гарантирует при всех условиях. Ответственность — обеспечение самой личностью и способа действия (общения), и результата своими силами при установленном ею уровне сложности деятельности и времени достижения результата, при любых неожиданностях, трудностях и т. д. Ответственность превращает внешний долг во внутреннюю потребность, поэтому если внешний долг, или обязанность, требует внешнего контроля за его выполнением, то его превращение во внутреннюю обязанность сопровождается переходом к самоконтролю. Ответственный человек знает, что он делает, и предвидит последствия своих действий. За ним не нужен контроль, на него можно положиться.

Исполнительный человек сделает ровно столько, сколько ему поручат, сколько предписано инструкцией, правилом. Он может пропустить очень важное звено, сославшись на то, что оно не было указано в инструкции. Ответственный человек берет на себя решение задачи в целом, а не отдельных ее звеньев. Мелочный контроль, присущий бюрократическим структурам, разрушает личностную ответственность, личностную самостоятельность.

Человек проявляет ответственность не из боязни последствий, а в силу желания и готовности не допустить, своевременно предупредить последствия. Таким образом, самостоятельность, независимость от внешнего контроля, осознание целостности решаемой задачи, выполняемого дела являются факторами ответственности. Сознавая свою ответственность, человек не ограничивает себя какимто набором условий и требований, а испытывает потребность найти наилучшие условия, оптимальные для выполнения требований. Ответственность предполагает уверенность в своих силах, их соразмерность решаемой задаче (только безответственный человек берется за непосильное дело).

Ответственность, ставшая устойчивым качеством личности, позволяет ей легко справляться с предъявляемыми к ней требованиями окружающей действительности, согласовывать эти требования и собственные желания, освобождая себя от внешнего, принудительного контроля, проверок. Она возникает там, где общество доверяет личности. Там, где доверия нет, ответственными можно назвать лишь отдельные формы поведения человека, отдельные действия, отдельные поступки. В этом случае ответственность не становится качеством личности.

Если человек отвечает за дело в целом, за свой выбор, за свои поступки, то он сам может определять последовательность своих действий, средства и способы достижения цели, отделить главное от второстепенного. Иными словами, беря на себя ответственность, человек гарантирует себе определенную степень независимости, самостоятельности, свободы. Поэтому ответственность дает возможность строить разные стратегии, пробовать разные способы достижения цели, искать оптимальные.

В процессе жизни человек выбирает сам, за что взять на себя ответственность. Ответственность предполагает выработку определенной стратегии действия, поведения.

Стратегии жизни других людей даже в жестких социальных условиях (например, подконтрольности) обеспечили им большую независимость именно потому, что они добровольно брали на себя ответственность и сохранили интерес к делу, мотивацию самостоятельного преодоления трудностей.

На первый взгляд инициатива выступает как свободная форма активности, и в этом смысле она противоположна ответственности как якобы вынужденной форме. Считаем, что ответственность — это добровольное принятие необходимости, а потому на ее основе могут возникать инициативы. Для доказательства этого предположения мы исследовали условия перехода ответственности в инициативу в двух случаях: когда человек взял на себя ответственность в силу или внутренней потребности, или внешней необходимости. Другая гипотеза состояла в обратном предположении: внутренняя потребность взять на себя ответственность возникает как раз тогда, когда субъект приступает к реализации на практике собственных инициатив. Если бы мы доказали, что инициатива может возникать и в ситуации ответственности (как признак ее добровольного принятия), то стало бы очевидно, что в этом случае ответственность полностью присвоена человеком, т.е. стала его потребностью в реализации необходимости.

Важным показателем подлинной ответственности является то, что человек рассчитывает на свои силы, действует в соответствии с требованиями, предъявляемыми к самому себе, т. е. независимо от внешнего контроля. Для выявления меры и характера ответственности эксперимент строился так, что испытуемые имели возможность или действовать самостоятельно, или прибегать к помощи окружающих.

Выявились три группы студентов, одна из которых предлагала (на стадии инициатив, замыслов) ровно столько, сколько смогла бы реализовать, вторая группа не помышляла о реализации вообще. В третью группу включались лица, которые первоначально не предполагали себя (в будущем) постановщиками. Но, когда им было предложено поставить свой сюжет, они вынуждены были его упрощать. Оказалось, что их стратегия противоположна стратегии студентов первой группы, которые, видя, что постановка в целом получается, начали дополнять, расширять и развивать первоначальный сюжет. Таким образом, обнаружились две стратегии реализации инициатив: упрощение замысла на стадии его ответственной реализации и его усложнение, конкретизация, расширение.

Критерий усложнения или упрощения сюжета позволил понять некоторые скрытые механизмы связи инициативы и ответственности: упрощение сюжета свидетельствовало о противоречивости инициативы и ответственности. Инициатива расширяет поле деятельности, активности, но возникающая вслед за ней ответственность требует четких критериев для саморегуляции, и, если они предварительно не выделены, личность вынуждена сузить «пространство» активности, упростить задачу.

Далее эксперименты показали, что если студенты не берут на себя ответственность целиком, то они обращаются к социальнопсихологическим опорам (подражанию, сравнению, оценке, инструкциям). Иными словами, ответственность строит внутренние или внешние опоры, ищет критерии контроля — или свои, или внешние (социальнопсихологические).

Смена инициативной позиции на ответственную дает возможность выявить характер связи инициативы и ответственности. Гармоничное и продуктивное сочетание инициативы и ответственности позволяет личности полностью сохранить свою автономию и высокий уровень активности. Противоречивые формы связи инициативы и ответственности понижают уровень активности личности и лишают ее самостоятельности. Отсутствие между ними внутренней связи ведет к активному использованию готовых внешних моделей, правил и т.д.

Эксперименты показали, что принятие ответственности ведет к повышению роли установки на успехнеуспех, т.е. к предвосхищению результата деятельности. Существенно то, что ответственность брали на себя даже те лица, которые имели установку на неуспех, т.е. ответственность — это более глубокое понятие, чем притязания на успех. Она возникает не только при мотивации достижения, но и при мотивации поражения. Это подтверждает нашу гипотезу, что ответственность — это предъявление требований к себе: они повышаются, если возникает возможность неуспеха.

Выявлены два критерия ответственности — расширение поля деятельности и уверенность. Если инициатива гармонично сочетается с ответственностью, то личность может противопоставить собственную уверенность одобрениюнеодобрению окружающих. Негармоничная связь инициативы и ответственности приводит к неуверенности, которая и проявляется в неспособности противопоставить свои критерии успеха оценкам окружающих.

Удовлетворенностьнеудовлетворенность не однозначно связана с успехомнеуспехом: у одних лиц успех не вел к удовлетворенности, другие вопреки неудаче не были неудовлетворены. В целом удовлетворенностьнеудовлетворенность зависит и от установки на успехнеуспех, и от уверенности в себе, способствующей расширению инициатив.

Установка на поражение повышает функции самоконтроля, но блокирует инициативу. Эти лица не противостоят критике окружающих. При установке на неуспех самоконтроль дает возможность развести неуспех и неудовлетворенность: и при неуспехе некоторые были удовлетворены тем, что они правильно действовали, а неудачу приписывали действию внешних обстоятельств.

Другие студенты при установке на успех и при гармоничном сочетании инициативы и ответственности не теряли способности противостоять мнению окружающих, имели собственные критерии успеханеуспеха.

Например, обычно считается ответственным тот, кто предвидит последствия своих поступков. Мы обнаружили формальность, «психологическую безнравственность» такой ответственности, при которой человек стремится избежать прогнозируемого неуспеха, а его инициатива становится способом ухода от ответственности в сферу фантазии, необязательного.

Подлинная ответственность обнаруживается, прежде всего, в характере притязаний, в требовательности к себе, в установке на преодоление трудностей. Фактором, препятствующим ответственности, является установка на успех в глазах окружающих, стремление к публичности. Подлинная ответственность связана с уверенностью в себе и собственными критериями саморегуляции. Неполнота ответственности проявлялась в неуверенности и в обращении к внешним критериям. Неуверенность в свою очередь проявлялась в неспособности отстоять свои критерии, когда деятельность подвергалась резкой критике, в отказе от своих критериев при явно завышенных оценках.

Если личность стремится реализовать свою инициативу, не беря на себя ответственность, то внешние требования воспринимаются как принудительные, неожиданные. Это ведет к эмоциональному дискомфорту личности, к неудовлетворенности и в итоге — к утрате инициатив. Если же деятельность осуществляется только через ответственность, ограниченную достижением результата, уходом от неуспеха, то отсутствует полнота самовыражения, а потому полнота удовлетворенности. Здесь раскрывается ограниченность представления об ответственности как обязанности. Обязанность исключает возможность разных стратегий реализации дела, решения задачи, внутреннюю свободу субъекта, его способность к маневренности, творчеству.

На первый взгляд, исходя из определения ответственности как присвоения личностью внешней необходимости, человек в своих действиях должен руководствоваться внешними социальнопсихологическими критериями, искать в них опору. На самом деле основным для ответственности является чувство уверенности человека в своих силах, наличие четких собственных критериев деятельности и способность их отстоять, добиться своего. Ответственность, как показало исследование,    может быть, или устойчивым  качеством личности,  или  ответственным   осуществлением  конкретной   деятельности, т. е. отдельным поступком. Следовательно, ответственный способ осуществления деятельности может быть доступен и тем, у кого ответственность не стала еще устойчивым качеством. Это значит, что ответственность как качество личности нужно формировать через деятельность.

Проблема психологического времени —Особенность ее в том, что время и объективно, и индивидуально. Оно является мерилом жизни человека (ее событий, развития), но подчас не может переживаться «объективно», в отрыве от собственно личностных смыслов и значений.

Личность стала рассматриваться как субъект времени своей жизни и ее организатор. При этом оптимальная регуляция, организация времени предполагают адекватное определение (оценку) личностью своих возможностей, выявление их соответствия или несоответствия внешним условиям деятельности. Следовательно, принадлежность времени субъекту предполагает регуляцию, планирование, «использование» времени самой личностью.

Социальное время, предъявляя свои требования человеку, четко обозначает, в какой период он должен уложиться, чтобы социально не отстать, «успеть». Оно может выступать как «движущей силой» развития субъекта времени (с точки зрения совершенствования способов управления временем), так и его тормозом. Желание и необходимость соответствовать социальному времени, не отстать, «идти в ногу со временем» обусловливают такую стратегию организации времени, когда для того, чтобы не отстать, нужно «быть немного впереди». Стратегия «опережения» реального (хронологического) времени, планирования своих действий (событий) «наперед» является стратегией активного преобразования, «резервирования» или, наоборот, «использования» своего наличного времени, превращения его в условие своего развития, реализации своих задач.

Стратегия «активного игнорирования» нормативов времени в результате приводит к безнадежному отставанию, к профессиональной и личной некомпетентности, к дезориентации в происходящем.

Mожно сказать, что своевременность — это способ разрешения противоречия между социальным и личностным временем, способ приведения в соответствие внешних и внутренних условий жизни. Организация времени — это оптимальное соотнесение различных этапов, периодов жизни, установление оптимальной для личности последовательности жизненных событий, которое должно осуществляться личностью в срок (т. е. своевременно).

Своевременное действие как ежедневная практика, привычка, становясь способом жизни человека, определяет его жизненную стратегию во времени, которая является стратегией «опережения» хронологического времени.

Своевременность проявляется в адекватном внешним временным нормативам использовании своих временных психических способностей и механизмов, в создании особой временной направленности деятельности, в ходе которой человек связывает разорванные, разобщенные во времени объекты, придает им определенный ритм и скорость.

Различной оказывается мотивирующая сила своевременности: у ряда людей ярко выражена жизненная торопливость, безотносительная к реальным, объективным обстоятельствам их жизни, как будто время постоянно подстегивает их, как будто они постоянно боятся упустить главное. Однако как бы ни различались формы проявления (или непроявления) своевременности, она является необходимым качеством личности, условием реализации ее индивидуальных и социальных возможностей.

Иногда, даже неосознанно человек ставит себе сроки, оценивая их несоблюдение как жизненную неудачу.

Индивидуальную способность к регуляции времени можно рассматривать как способность к планированию, к определению последовательности операций во времени. Способность сосредоточивать максимум напряжения, усилий в данный момент, сохранять психические резервы до конца осуществления деятельности, устанавливать психологически и объективно целесообразную ритмику формируется и воспитывается у личности как способность к регуляции времени. Личность, способная работать в условиях временного стресса, снимать или усиливать его действие, может улавливать и выделять временные «пики», оперативно использовать все временные параметры, определять пределы, как допустимых опозданий, так и допустимых опережений.

При анализе способности к регуляции времени необходимо учитывать все уровни этой регуляции от простого напряжения всех физических сил, нервнопсихических усилий, включая целесообразное распределение памяти, внимания, мышления, воли, до организации деятельности в ее временной последовательности, скорости. При этом каждый уровень регуляции времени выступает средством решения задачи регуляции времени на следующем уровне. Например, психическая регуляция выступает средством решения задачи регуляции деятельности. В свою очередь регуляция деятельности является условием превращения личности в субъекта деятельности.

Одно из основных противоречий индивидуальной жизнедеятельности заключается в противоречии между жесткой общественной детерминированностью личной жизни во времени и способностью личности к развитию, т.е. к возрастанию ее возможностей, умножению ее личностного времени в процессе жизненного становления и самоопределения. Расширение временных возможностей личности связано с жизненным опытом, с развитием способностей и умений, повышающих скорость осуществления деятельности, наконец, с развитием особой способности к личностной организации времени жизни.

В общественной жизни есть сферы, которые насыщены событиями, противоречиями, социально перспективны, характеризуются высокими темпами развития. Попадая в такие сферы, личность получает возможность интенсивно взаимодействовать со средой, приобретает высокий ритм жизни. Благоприятные общественные условия усиливают, увеличивают возможности личности, умножают ее потенциал.

Активность интенсифицирует жизненные и личностные процессы, способствует более полному самовыражению и тем самым увеличивает ценность реального времени жизни. Способность личности к организации времени жизни есть непосредственное управление временем, овладение им.

Организация людьми времени своей жизни

Человек должен определить, в какой последовательности осуществлять те или иные дела, решать жизненные задачи, чему посвятить больше времени, жизненных сил. Формальные показатели времени не раскрывают его ценности: человек может быстро чтото сделать, чтобы скорее перейти к интересному и главному делу. При организации разными людьми своей жизни на первом плане оказывается не различие биографий, или «судеб», людей, а зависимость хода жизни от самой личности, ее ускорение или замедление, интенсивность или экстенсивность.

Психологи установили, что время жизни можно рассматривать типологически. Типы личности, более включенные в социальную динамику, находятся в более прямых, жестких (краткосрочных) временных связях с социальными условиями. Они получают от социальных ситуаций своего рода дополнительное ускорение. Типы личности, слабо включенные в социальные процессы, которые не осознают свободное время как ценность, как правило, наиболее статичны и обладают малым «ускорением», поскольку не знают, чем это время заполнить. Это два крайних типа. Личности первого типа живут преимущественно в сфере общественно необходимого времени, соответственно их время и более очерчено, от них требуется определенная производительность труда, определенная скорость. Одновременно они пользуются всеми ценностями общественного времени, они в меньшей степени являются субъектами собственной жизни, распределителями ее времени. Личности противоположного (второго) типа, максимально высвобождающие свободное время для «подлинной» жизни, минимально включены в социальные процессы. Свободное время личностями этого типа осознается как личностная ценность, но не присваивается ими как ценность. Свободное время превращается в антиценность, т.е. растрачивается или становится безличностным, обедненным способом жизни.

Таким образом, в регуляции времени жизни просматриваются различные личностные способы. Один из них заключается в максимальном соответствии требованиям общественного времени, в приноравливании к скоростям социальной жизни, к социальным требованиям, предъявляемым к личности. Другой состоит в том, чтобы, превратив время в самоценность, высвободить максимум свободного времени. Однако такие личности, как правило, не реализуют время как ценность, поскольку не используют его для своего развития.

В самом общем виде развитие личности — это возрастание ее возможностей, возрастание и умножение личностного времени. Развитие во временном выражении — это своеобразная «производительность» (не труда, а самой жизни), разрешающая способность личности.

Личность оказывается способной увеличить время жизни, умножить социальное время на временной потенциал своего развития. Она проводит свою линию, протягивает ее через все время жизни, сохраняет основную задачу жизни, несмотря ни на какие изменения, обеспечивает определенную смысловую связь между прошлым, настоящим и будущим.

Активность личности может носить стихийный характер и достигать оптимальности случайным, подражательным путем. Или проявляя активность, личность может учитывать закономерности общественного времени, общественные требования, т.е. по существу активно осуществлять общественно необходимые требования, последовательно и самостоятельно их реализовывать. На основании параметров активности можно выделить четыре типа регуляции времени:

1.Стихийнообыденный тип: личность находится в зависимости от событий и  обстоятельств жизни. Она не успевает за временем, не может организовывать последовательность событий, предвосхищать их наступление или предотвращать осуществление. Этот способ организации времени жизни характеризуется    ситуативностью  поведения, отсутствием личностной инициативы, т. е. краткосрочной и пассивной регуляцией.

2.Функциональнодейственный тип: личность активно организует течение событий,   направляет их ход, своевременно включается в них, добиваясь эффективности. Однако    инициатива охватывает только отдельные периоды течения событий, но не их объективные или субъективные последствия; отсутствует пролонгированная (длительная) регуляция времени жизни — жизненная линия. Данный тип является примером   краткосрочной активной регуляции времени (событийное время).

3.Созерцательнопролонгированный тип: личность пассивно относится ко времени, у нее отсутствует четкая организация времени жизни.

4.Созидательнопреобразующий тип: личность пролонгировано осуществляет   организацию времени, связывая его со смыслом жизни, с решением общественных проблем, творчески овладевает временем.

Для первых двух типов жизненный путь действительно выступает как событийный, но это происходит в силу их временной организации, которая носит краткосрочный характер. Для двух последних типов жизненный путь выступает как длительное целостное образование, как непрерывная жизненная линия, хотя их жизнь объективно также состоит из цепи событий.

Для функционального типа значимыми выступают только данная ситуация и данный момент его активности; когда же «дело сделано», время теряет свою ценность. Новый подъем активности и расчет момента действия, соотношения внешних и внутренних сил и т. д. привязан только к следующей ситуации.

Типы временных режимов:

  1. оптимальный для осуществления деятельности срок, данный человеку;
  2. неопределенный срок для осуществления этой деятельности, при котором он сам должен определить момент ее окончания;
  3. лимит времени, когда человеку необходимо достаточно напряженно работать, чтобы уложиться в данное ему время;
  4. избыток времени, когда его дается заведомо больше, чем необходимо;
  5. дефицит времени, т. е. явно недостаточное время.

Типология:

«Оптимальный» тип  во всех временных режимах действовал успешно, т.е. справлялся с любыми, временными задачами; его переживания не были связаны с его деятельностью. Выражены способности к организации времени. На наличие такой способности указывает то, что он успешно работает в любых временных режимах, способен к решению любых временных задач.

«Дефицитный» тип, все сроки сводит к дефициту времени, т.е. субъективно уравнивает все временные режимы, но действует успешно. Ведущей для него является внешняя заданность времени, причем минимального времени, именно поэтому его переживания времени также не связаны с его деятельностью, не участвуют в ее регуляции.

«Спокойный» тип, наоборот, испытывает трудности в режиме дефицита времени или ограниченного срока, а в остальных режимах действует успешно. Этому типу людей целесообразно заранее сообщать о предстоящей деятельности, и тогда они в порядке саморегуляции успешно с ней справятся, организуя и упорядочивая свое время. Переживания этого типа двойственны: когда он определяет сроки сам, то он переживает время как напряженное, что свидетельствует о его самомобилизации и саморегуляции, когда же время задается извне, он дезорганизуется.

«Исполнительный» тип успешно действует во всех режимах, кроме временной неопределенности, т.е. почти во всех режимах с внешне заданным сроком. В его переживаниях времени преобладает эмоциональное отношение, что, повидимому, связано с особым чувством порядка и удовлетворенности.

«Тревожный» тип личности успешно действует в оптимальном сроке, неплохо работает при избытке времени, но всячески избегает его дефицита, что и отражается в характере переживания времени.

«Неоптимальный» тип ни в одном из режимов не действует успешно, что отражается в конфликтном характере его переживания времени.

Эта типология строилась с целью выявления стратегий действия в разнообразных режимах, и она фактически отражает предпочтения людей, их ориентацию на заданность им срока извне или на самостоятельное определение времени своей деятельности. (Причем интересно, что один тип личности сам себе определяет время так, что все сводит к дефициту, т.е. сам сводит свою свободу во времени к жесткой заданности извне.)

Оказалось, что первый тип безразличен к тому, задано ему время или он определяет его сам, что и свидетельствует о высоком уровне развития его способности к организации времени. Типология раскрыла временные режимы, оптимальные для каждого типа, и те, которых он избегает, где его деятельность неуспешна. Такая психологическая характеристика людей позволяет им точнее профессионально определиться, выбрать наиболее подходящий для них режим работы внутри профессии. Зная свои особенности организации времени, человек будет их учитывать, с тем, чтобы избегать трудных для себя временных режимов, или же тренировать, совершенствовать свои возможности в организации времени.

Очевидно, что существуют типы людей, самоорганизующиеся во времени, и типы, которыми нужно руководить. Надо ли предоставлять человеку время в избытке для выполнения той или иной работы, если он ее сделает в последнюю минуту? Может быть, именно с таким человеком нужно браться за «горящую» работу?

Эксперимент показал, что одни люди осознают время как жизненную ценность, другие воспринимают лишь его практический, прагматический и даже ситуативный смысл. Осознание людьми значения времени также различно: одни осознают время как личностную ценность, другие — как внешне заданную проблему (время задано извне, его объективно не хватает и т. д.). Для одних типов людей проблема времени (его нехватка) стоит как осознанная жизненная проблема, для других она попросту не существует, а вопросы об отношении ко времени вызывают у них удивление, кажутся непонятными.

Жизненные перспективы личности и организация времени

Мы предлагаем различать психологическую, личностную и жизненную перспективы как три различных явления.

Психологическая перспектива — это способность человека сознательно, мысленно предвидеть будущее, прогнозировать его, представлять себя в будущем. Эта способность, как показывают наши исследования, зависит от типов личности. Так, у старшеклассников, находящихся в том возрасте, когда человек преимущественно живет будущим, выявляются различные психологические перспективы. У одних представления о будущем связаны с профессиональным выбором, у других — с личностными притязаниями и со своими будущими достижениями (удачная карьера), у третьих — с личными устремлениями и потребностями (дружба, любовь, семья). Эти различия связаны с ценностными ориентациями, предпочитаемыми сферами жизни.

Личностная перспектива — это не только способность человека предвидеть будущее, но и готовность к нему в настоящем, установка на будущее (готовность к трудностям в будущем, к неопределенности и т. д.). Такая перспектива может быть даже у личности с бедным, нерасчлененным, неосознанным представлением о будущем (что может быть связано с бедной фантазией). Личностная перспектива — это, прежде всего, свойство личности, показатель ее зрелости, потенциала ее развития, сформировавшейся способности к организации времени.

Жизненная перспектива не всегда открывается тому, кто обладает психологической перспективой, т.е. способен предвидеть будущее, и даже не тому, кто обладает личностной перспективой, личностными возможностями, потенциалом, зрелостью. Жизненная перспектива включает совокупность обстоятельств и условий жизни, которые при прочих равных условиях создают личности возможность для оптимального жизненного продвижения.

Чаще всего жизненная перспектива открывается тому, кто сам в настоящем создал систему оптимальных (т. е. имеющих множество возможностей) жизненных отношений, систему опор, которые обладают всевозрастающей ценностью. Совокупность таких отношений мы называем жизненной позицией, которая целостным образом определяет будущее личности. Жизненные рубежи, достигнутые человеком, способствуют ускорению достижения им жизненных целей, потребуют в будущем меньше усилий, в известном смысле обеспечивают, гарантируют это будущее. Человек, обладая личностной перспективой при отсутствии выработанной позиции, может быстро исчерпать свои личностные возможности, способности, попадая в периоды жизни, насыщенные трудностями, противоречиями или, напротив, бедные событиями, не способствующие развитию.

Характер связи (в том числе идентификации) личности с профессией определяет и потенциал ее движения в будущем, и удовлетворенность в настоящем, иными словами, и перспективу, и ретроспективу личности.

Если материальная заинтересованность находится в разумном сочетании с профессиональной идентификацией, то повышение материального уровня выступает как психологически ценная жизненная перспектива личности. Если же она оказывается ведущей, то, порождая равнодушие к профессии, к делу, она выступает как регрессия личностной перспективы. Перспектива побольше заработать и побольше приобрести обладает низкой психологической насыщаемостью, а потому ведет либо к постоянному росту этой потребности и усилий личности по ее удовлетворению, либо к психологическому регрессу личности, возникновению чувства скуки.

В определенный период жизни потребность в труде (желание быть материально независимым от родителей) становится основной жизненной потребностью. Для другой возрастной группы труд может выступать средством удовлетворения потребности личности в общественном признании, престиже, способом самовыражения, признания обществом ее индивидуальности. Эти качества труда делают его важнейшей основой жизненной перспективы личности взрослого человека.

Слабая вовлеченность в профессию приводит к концентрации активности в сфере обыденной жизни, в сфере потребительства.

Если материальная заинтересованность находится в разумном сочетании с профессиональной идентификацией, то повышение материального уровня выступает как психологически ценная жизненная перспектива личности. Если же она оказывается ведущей, то, порождая равнодушие к профессии, к делу, она выступает как регрессия личностной перспективы.

Перспектива побольше заработать и побольше приобрести обладает низкой психологической насыщаемостью, а потому ведет либо к постоянному росту этой потребности и усилий личности по ее удовлетворению, либо к психологическому регрессу личности, возникновению чувства скуки.

Будучи психологически притягательным, будущее не всегда является личностно перспективным. Трудности неопределенность у одной части молодежи это вызывает рост активности, направленной на преодоление трудностей, у другой, наоборот, пассивность.

  1. Личность как субъект деятельности

В процессе общественной жизни осуществляются передача опыта, организация деятельности и постоянная социальная регуляция деятельности индивида (в виде норм, условий, временных режимов и т.д.). Общественная регуляция деятельности не исключает ее индивидуальную регуляцию человеком, саморегуляцию. Оптимальное сочетание общественной и индивидуальной регуляции зависит от того, в какой мере личность становится подлинным субъектом деятельности. Общество определяет формы деятельности и свои требования к деятельности индивида, а личность вырабатывает свои, т.е. индивидуальные, формы активности и связывает все это в деятельности. Зависимость личности от общественных отношений опосредуется ее позицией в этих отношениях и характером ее активности, особенность которой в свою очередь определяется ее жизненным путем. Личностная активность проявляется в становлении человека субъектом деятельности, когда у него возникает собственное отношение к деятельности, создается свой «стиль» ее осуществления.

При этом человек сочетает объективные требования и собственные интересы, цели, опыт, мотивы, способности, свои состояния активности. Мера соответствия задач возможностям субъекта (трудность, пропорциональность, своевременность и т.д.) выступает критерием качества осуществления деятельности.

Отношение людей к труду различно: для одних труд — действительная личностная потребность, смысл жизни, для других — средство материального благосостояния, для третьих — занятие, служба и т.д. Отношение к труду как к общественной необходимости, предполагает и отношение к обществу, к реальным людям, вместе с которыми трудится человек, отношение к данному коллективу, к данной профессии, представление о своем возможном месте в ней, т.е. выражает жизненную позицию в целом. Труд становится или делом жизни, или интересным занятием, или тяжелой обязанностью. Ценность деятельности для личности связана, прежде всего, с возможностью самовыражения, применения своих способностей, с возможностью творчества.

Личность как субъект деятельности может приспосабливать свои индивидуальные особенности, способности к конкретным задачам деятельности. Способность непротиворечиво соединять все уровни регуляции деятельности есть способность саморегуляции. В зависимости от способа связи психических и личностных (мотивы, способности и т.д.) уровней деятельности она приобретает оптимальный или неоптимальный характер. В последнем случае возникают вторичные психические и личностные образования — усталость, скука, чрезмерная перенапряженность, негативные эмоциональные состояния, стресс и т.д.

Способ связи индивидуальных психических особенностей носит или оптимальный, или неоптимальный для данной личности характер, ее активность может находиться как на минимальном, так и на максимальном уровне. В процессе осуществления деятельности она может умножаться, возрастать, а может и истощаться, подавляться. Психологом Крепелином были отмечены два фактора работоспособности: позитивный — упражнение и негативный — утомление.

Сама активность личности в деятельности выступает в разных конкретных формах: работоспособности человека, дееспособности, трудоспособности и конкретных индивидуальных способностей личностей. Уровень активности, ее длительность, устойчивость  зависят как от согласованности и оптимальных сочетаний разных компонентов (эмоционального, мотивационного), так и от способа, с помощью которого личность как субъект включается в решение задач деятельности, от позиции, которую она занимает в этой деятельности. Так, человек может приступить к деятельности на основе высокого уровня своих притязаний, переоценивая при этом свои возможности и недооценивая сложность предстоящего дела. Однако у него может оказаться недостаточной мотивация достижения, настойчивость (или способность к риску), благодаря чему относительно простое дело он выполняет хуже, чем человек, реально оценивший свои возможности.

По мере осуществления деятельности может выявиться, что привлекательность дела и важность цели гораздо ниже, чем затрачиваемые на преодоление трудностей усилия, и человек, если он не опирается на волевое усилие, не имеет развитой ответственности, может прекратить деятельность.

Саморегуляция — это тот механизм, посредством которого обеспечивается централизующая, направляющая и активизирующая позиция субъекта. Она осуществляет оптимизацию психических возможностей, компенсацию недостатков, регуляцию индивидуальных состояний в связи с задачами и событиями деятельности. Она обеспечивает также целевое и смысловое соответствие действий субъекта этим событиям, своевременность, пропорциональность действий и т.д.

Включение в деятельность требует от субъекта расчета сил на весь период деятельности, особенно на непредвиденные трудности, неожиданности. В целом способность субъекта соотносить свои возможности и индивидуальные особенности с характером решаемых задач является одной из важнейших характеристик саморегуляции. Есть виды деятельности, которые требуют напряжения на первых этапах, другие — на завершающих, третьи требуют максимальной активности в непредвиденный и незаданный момент времени.

Выбор принципа действия или принятие того или иного решения есть своеобразное самоопределение субъекта, которое меняет соотношение предыдущих и последующих этапов деятельности и определяет их психологический характер. Переломный момент перехода от периода адаптации деятельности к периоду стабилизации индивидуально варьируется. Посредством саморегуляции личность поддерживает стабильный уровень активности независимо от изменчивости психических состояний на том или ином этапе.

В организацию деятельности входит неосознаваемая саморегуляция активности: последовательность включения восприятия или мышления, способ реализации своих способностей, психические и личностные темпы деятельности, установка на трудность (легкость) и многое другое. Каждая личность, став субъектом, определенным образом приспосабливает и реорганизует свои особенности в связи с характером деятельности. Субъект типичным и удобным для себя образом актуализирует, преобразует, направляет систему тех качеств, которыми он обладает как личность.

В ходе конкретной деятельности перед субъектом возникает задача композиции принципа действия, ее конкретных задач и целей и их соподчинения, последовательности, т.е. стратегии и тактики деятельности. Простыми примерами возможных стратегий является выработка целей, предварительное составление плана действия и перспектив его реализации. Однако существуют типы людей с противоположными стратегиями: они сначала совершают действие, поступок, подчиняясь непосредственному побуждению, и лишь затем начинают их анализировать. Стратегия субъекта может проявляться в стремлении избегать трудностей, в установке на их преодоление, в ориентации на внешние опоры или с расчетом на собственные силы.

Саморегуляция не всегда осуществляется объективнооптимальным и субъективноудобным образом. Эти же особенности личностной регуляции проявляются и в психологической, и в личностной «цене» деятельности. Поддерживать определенный уровень активности можно двумя способами: перенапряжением всех сил, что ведет к утомлению, падению активности, и за счет эмоциональномотивационного подкрепления (психологически легкого и удобного способа). Не следует думать, что возможности совершенствования саморегуляции безграничны, что все ее уровни осуществляются только сознательно. Ряд процессов и способов действия из первоначально сознательно и произвольно регулируемых превращаются в неосознаваемые. В психологической системе саморегуляции есть не только гибкие, но и жесткие связи. Но с точки зрения принципа развития важно отметить главное: качество осуществления деятельности субъектом является результатом совершенствования всей системы его психической организации, а не результатом простого развития отдельных психических процессов и свойств.

В зависимости от опыта субъект обладает большей или меньшей способностью прогнозировать наступление событий. В свою очередь такой прогноз преобразует его внутреннее состояние: чувство неуверенности перед неожиданным наступлением событий заменяется состоянием готовности к любым неожиданностям. Именно системный характер саморегуляции позволяет понять источник мобилизации субъектом своих сил и резервов, а не только источник компенсации недостатков.

Очевидно, что мотивированная деятельность, т.е. представляющая интерес для субъекта, порождает положительные эмоции, вызывает чувство удовлетворения. Деятельность человека, обладающего способностями, также порождает дополнительную мотивацию к творчеству, мотивацию самовыражения, достижения. Если задача, дело являются жизненно значимыми, регуляция текущих состояний (болезнь, усталость) не требует тех волевых усилий, которые необходимы при низкой значимости деятельности.

Организация личностью своей деятельности состоит в том, чтобы, опираясь на временные параметры своей психики, оптимально сочетать во времени свою активность и деятельность. Речь идет уже о своевременности мотивации, об оптимальном использовании своих способностей, об оптимальности и своевременности волевого напряжения.

Субъект прогнозирует свою деятельность, соподчиняя и устанавливая последовательность трудовых операций. Программирование позволяет личности, вопервых, типичным и удобным с точки зрения ее психологических возможностей образом связывать последовательность задач именно по характеру активности, требуемой в начале, в кульминационный момент и в конце деятельности. Вовторых, позволяет определять точно момент и форму максимального напряжения активности, уплотнять, перераспределять субъективное время, что приводит к его экономии. Слабая организация деятельности проявляется в том, что возрастает ее психологическая «цена», т.е. деятельность, которая не соответствует индивидуальным особенностям личности, ее мотивам и ценностям, превышает уровень ее возможностей. Деятельность, выполняемая по принуждению, приводит к отказам, срывам личности, которые могут оборачиваться психологическими травмами, издержками, являются своеобразной высокой психологической «ценой» за непосильную деятельность.

Даже несложная деятельность, если она не организована самим субъектом, становится причиной перенапряжения человека, которое, накапливаясь, переходит в усталость и раздражение. Организация деятельности помогает субъекту придерживаться ее основной линии (направления) даже при возникновении трудностей. Французские психологи, исследовавшие программу действий медсестры на день, обнаружили, что ее постоянно отвлекали от дела больные различными просьбами, поэтому она быстро утомлялась.

Одной из труднейших задач является обеспечение непрерывности творческой деятельности. В процессе музыкальноисполнительской деятельности, например, опасен перерыв, остановка, кратковременный «сбой», ведущие к потере качества исполнения, а профессиональный провал может порой привести к отказу от выбранной профессии. Исследование творчества писателей и художников финскими психологами показало, что для постоянного самообновления и вдохновения им необходимы довольно длительные творческие перерывы, снимающие утомление, дающие возможность накопить впечатления и с новыми силами начать работу.

Именно в творчестве возникает слитность художника с его произведением, возможная лишь при условии полного вовлечения человека в творческий процесс, в котором он постоянно находит все новый и новый смысл. Интерес к творческой задаче не позволяет человеку ни на минуту оторваться или выключиться из процесса.

Умение мобилизовать активность не только в желаемом, но и в нужном направлении, проявить инициативу, решительность и дисциплинированность одновременно — вот качества, которые развивает совместная деятельность.

Лица с развитым чувством инициативы и ответственности коллегиального типа обладали высокой и гибкой самокритичностью и спокойным, деловым отношением к критике своих действий, поскольку они относили критические замечания не к своей личности в целом и учитывали их в необходимой для себя мере. Лица с инициативой и ответственностью эгоистического типа были безразличны к критике своих действий и несамокритичны. Лица индивидуалистического типа были самокритичны, но принимали критику неадекватно, как критику своей личности. Лица с преобладанием инициативы были либо нетерпимы к критике, либо отождествляли критику своих действий с критикой своей личности.

Каким образом мышление человека участвует в реальной жизни, чем отличается жизнь человека мыслящего от жизни человека, живущего бездумно?

Насколько человека жизненные потребности побуждают его мышление, побуждают к размышлению, а размышления воплощаются в жизненные реалии. При попытке ответить на такой вопрос мы обратимся к старым философским понятиям «созерцание» и «прагматизм». В жизни отдельного человека его мышление может быть сугубо созерцательным, т.е., размышляя над чемто и с удовольствием предаваясь этому занятию, человек затем прерывает его и обращается к практическим жизненным делам, как будто он и не совершал никакой теоретической умственной работы. Прагматик рационально тратит свою мыслительную энергию не на бесплодные умствования, как созерцатель, а на решение локальных, конкретных, практически значимых задач.

Таким образом, развитие интеллекта, его направленность, устойчивость интеллектуальных интересов зависят не от его формальных структур и даже упражнений, а от того, насколько сам человек научается ценить, развивать, применять эту свою способность, превращать ее в интеллектуальную деятельность, т. е. от того, насколько человек распоряжается своим интеллектом, своим умом.

Полезный конспект? Скачай! 

1-epub1-pdf1-doc

 

 

ЧИТАЙТЕ ТАК ЖЕ:

Конспект книги: Дмитрий Кот - Копирайтинг: как не съесть собаку
Конспект книги: Глеб Архангельский - Тайм-Драйв
Конспект книги: Робин Шарма - Монах, который продал свой «Феррари»
Конспект книги: Джим Коллинз - От хорошего к великому
Конспект книги: Дэниел Пинк - Подлинная мотивация
Конспект книги: Игорь Родченко - Хозяин слова. Мастерство публичного выступления
Конспект книги: Дэниел Ергин - В поисках энергии. Как поделили нефтяной рынок России
Конспект книги: Джошуа Фоер - Эйнштейн гуляет по Луне
Конспект книги: Скотт Паттерсон - Кванты
Конспект книги: Сьюзан Вайншенк - Законы влияния. Как побудить людей делать то, что вам нужно
Конспект книги: Боб Файфер - Издержки вниз, продажи вверх
Конспект книги: Роберт Чалдини - Психология убеждения. 50 доказанных способов быть убедительным

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.